Рустем Вахитов: Что такое Традиция?

Но сначала требуется определиться с тем, что мы будем понимать под Традицией. К сожалению, зачастую традиционализм и Традиция трактуется сегодня очень расплывчато — как общий протест против современного мира и его язв, как стремление сохранить древние установления или институты прошлого, в результате вместо исследования и сохранения Традиции мы нередко имеем полумодернистское говорение по поводу Традиции. Более того, в наши дни традиционализмом называют что угодно: стремление предотвратить разрушение этнокультурной специфики, школу марксистской постсоветской философии, трактующую социальное бытие как «традицию народа и цивилизации» и т.д., и т.д.

Мы будем говорить о доктрине традиционализма в первом, изначальном смысле, который имели в виду ее создатели — Р. Генон, Ю. Эвола, М. Элиаде и их современные продолжатели. Возможно, кое-кому нижеследующий экскурс в философию традиционализма покажется повторением азов, что ж, мы с легкостью с этим согласимся и добавим к этому лишь то, что никогда не вредно еще раз повторить азы, чтобы потом не совершить ошибку.

Рене Генон в различных своих работах определяет Традицию однозначно — как некие метафизические принципы, без знания которых невозможно нормальное существование человека и общества. Иначе говоря, Традиция есть некое знание, интеллектуальная доктрина и в этом, кстати, ее принципиальное отличие от религии, хотя во внешних чертах традиция может и напоминать религию — скажем, иметь инициатические обряды и т.д. (об отличиях традиционной инициации от сугубо религиозных таинств будет сказано ниже). Попутно заметим, что с точки зрения Генона существует лишь три религии в строгом смысле этого слова: иудаизм, христианство и ислам (не стоит поддаваться соблазну считать, что Генон здесь лишь следует имеющемуся в исламе различению народов на язычников и «людей Книги»; французский традиционалист исходит из того, что только в названных традициях есть учение об Абсолюте как о Личности); все же остальные доктрины, которые современное атеистическое религиоведение относит к религиям — как то: ведизм, буддизм, даосизм, конфуцианство с точки зрения Генона есть ни что иное как традиционные метафизические учения и институты.

Но, разумеется, Традиция не есть знание в современном, профанном смысле, ее нельзя выразить в терминах дискурсивного рассудка, втиснуть в теорию или концепцию на манер изобилующих в нынешнем мире философских и научных доктрин. Традиция выразима лишь на языке мифологии, в том смысле этого слова, который отстаивал А. Ф. Лосев, то есть на языке символов, постижимых лишь на грани разумного и сверхрационального познания — на той высоте умственного созерцания или, если хотите, на той глубине погружения в себя, где разумное сливается с неразумным и рождается непосредственное, интуитивное соединение с предметом. Отсюда понятно, что Традицию и нельзя передать с помощью книги, как мы передаем логическое, рассудочное знание; Традиция передается как эзотерическое, тайное знание, в сугубо личностном общении, от Учителя к ученику, потому что восприятие Традиции связано не только с теоретическим пониманием, но и с экзистенциальным, внутренним перерождением. Но при этом следует подчеркнуть, что речь идет не об эзотерике в современном, оккультном смысле этого слова — Генон был как раз ее резким критиком.

Наконец, Традиция — не просто интеллектуальная доктрина, составляющая логически непередаваемую суть древнейших мифов, важно отдавать себе отчет, что Традиция имеет сакральное, сверхчеловеческое происхождение. Среди авторитетов традиционализма принято связывать ее с Гипербореей — легендарной арктической родиной человечества, о которой имеются упоминания во множестве различных древнейших источников — от Вед до греческих поэтов. Мы при этом считаем необходимым подчеркнуть, что независимо от того, как понимать Гиперборею — как действительно существовавшую доисторическую цивилизацию или как духовный символ имевшейся в предыстории связи человеческого и Божественного — ясно, что Традиция имеет свои корни в Золотом Веке или, выражаясь терминами религии, в эдемическом, райском опыте человечества, когда человек еще имел возможность непосредственно лицезреть Божество (разумеется, это вовсе не означает, что мы географически относим Эдем к Северному полюсу!). Причем, последние исследования в области аналитической психологии, а именно, открытие К. Г. Юнгом коллективного бессознательного, полагаем, позволяют говорить о том, что это знание, вынесенное из доисторического диалога Бога и человека, сохраняется не только в языке и в культуре, но и в самой душе, психике человека (и отсюда понятно, почему древние традиционные институты столь большое значение придавали самопознанию).

Итак, Традиция передается особыми институтами — орденами, обществами, жреческими сословиями, которые некогда были могущественными и тогда в согласии с установлениями Традиции строилась жизнь в человеческих обществах по всему миру, теперь же они практически повсеместно пришли в упадок, а большинство ветвей Традиции и вовсе прервались. Собственно, этот упадок начался еще в те времена, которые мы называем древними или античностью, Генон отмечает, что пифагорейство и греческие мистерии были последними традиционными по сути на Западе институтами. Признавая традиционную, эзотерическую суть раннего западного, римского христианства, Генон отрицает таковую за более поздним и тем более современным католицизмом, который, по мысли французского традиционалиста, сохранил внешние формы традиционного христианства, но и только; его таинства и обряды уже не имеют никакой духовной действенности и содержания (протестантизм же, по его мнению, вообще не есть религия, это — псевдорелигиозная, антитрадиционная, модернистская доктрина, в предельных случаях вырождающаяся в деистическое моральное учение). Бесспорно, именно это убеждение Генона побудило его порвать с западным христианством, к которому он принадлежал по рождению (что, однако, не помешало ему сотрудничать с западными, католическими богословами в чисто интеллектуальных вопросах).

На Востоке, по Генону, Традиция сохранилась до наших дней, будучи веками транслируемой от учителя к ученику в рамках особых орденов. Восточная Традиция представлена преимущественно в двух формахдальневосточной нерелигиозной или социальной традиции (ведизм, буддизм, даосизм, конфуцианство) и исламской религиозной традиции (суфизм), к которой сам Генон и примкнул, приняв посвящение в суфийском ордене и получив имя Абдуль Вахид ибн Яхья. К сожалению, тот факт, что Генон мало упоминал о восточном христианстве, православии привел в тому, что в его трудах духовное бесплодие католицизма экстраполируется на христианство в целом, тогда как по признанию более поздних традиционалистов (Ю. Эвола, Ю. Стефанов, Ю. Мамлеев, А. Дугин) православие есть подлинно религиозная, традиционная доктрина, противостоящая духу «современного мира», духу анти-Традиции. Особняком, по Генону, стоит еврейская традиция Каббала.

Особо следует подчеркнуть, что согласно традиционализму человечество вырождается во всех планах — духовном, нравственном, интеллектуальном, физическом, так что каждому новому поколению труднее воспринимать Традицию, чем предыдущему, и именно вследствие этого Традиция все более и более подвергается забвению, если ранее общество строилось на твердых традиционных основаниях и было неизменным века и тысячелетия, теперь оно зиждется на зыбком песке человеческих мнений — всевозможных социологических, политологических, экономических теорий — проще говоря, идеологий и отсюда бесчисленные катаклизмы, кризисы, революции, войны. Но этого мало, даже если Традиция могла бы быть сейчас обнародованной, ее истинный смысл не будет понят большинством людей, как в силу их низкого по сравнению с древними духовного уровня, так и в силу модернистских интеллектуальных предрассудков; скажем даже больше, собственно, в наши дни Традиция особо не скрывается, логическое содержание традиционных учений — даосизма, буддизма, конфуцианства изучается в университетах, однако, яснее ясного, что и те, кто изучает их там, и те, кто преподают дальше от подлинного понимания этих доктрин, чем китайский или индийский необразованный крестьянин, не знающий их логической сути, но живущий в соответствии с их духом. Протест традиционализма против современного мира и состоит в том, что этот «современный мир» диагностируется традиционализмом как цивилизация патологическая и извращенная, построенная на радикальном отрицании Традиции и стремление десакрализовать все стороны человеческой и общественной жизни. А это в принципе невозможно, так как Традиция составляет экзистенциальный фундамент жизни человека, без нее люди обречены на существование без корней, пронизанное отчаяньем и бессмысленными метаниями. Как убедительно показал крупнейшийрелигиовед-традиционалист М. Элиаде, при всем своем демистифицирующем пафосе и современная индустриальная цивилизация также не может обойтись без мифологии, но это уже мифология совершенно особо рода, являющая собой вырожденную форму традиционных мифологем (в качестве таковой выступают, например, политические идеологии, рекламные шоу и т.д.).

Для того, чтобы внести окончательную ясность мы бы уподобили Традицию языку; знающие его воспринимают текст как источник знания, незнающие — как совокупность ничего не говорящих фигур. Имеется в виду, что для человека Традиции жизнь, обряды, мифы да и все вокруг исполнено особого смысла, который недоступен для человека профанного, возможно, они воспринимают одно и то же, но понимают его по-разному. Эта метафора удачна еще и потому, что на одном и том же языке можно написать и философский трактат, и поэму, и псалом или молитву; точно также в общий контекст Традиции могут вписываться и нерелигиозные феномены, и различные религии. Именно поэтому традиционалисты и могут говорить о христианстве, исламе, индуизме, конфуцианстве как о феноменах Традиции, не впадая при этом в модное сейчас «религиозное всесмешение», которое само по себе является характерной чертой современного мира, утерявшего принцип иерархии и постепенно ниспадающего в неразличимость, т.е. в хаос. В тоже время отсюда ясно, почему мы можем говорить об особой нерелигиозной инициации в рамках Традиции, которая совсем не есть общение с инфернальными сущностями в христианском смысле (для него у Генона есть, как известно, другой термин — контринициация). Все традиционные сообщества передают знание сугубо инициатическим путем, но это не есть ни таинство, ни колдовство, это передача личностного, экзистенциального духовного опыта от Учителя к ученику, подразумевающая духовное перерождение и совершенствование ученика, но не обязательно связанное с религией в строгом смысле слова.

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • 100zakladok
  • Add to favorites
  • Baay!
  • BarraPunto
  • Haohao
  • IndianPad
  • Internetmedia
  • Print
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • Ping.fm
  • Blogosphere News
  • LinkedIn
  • RSS
  • Tumblr
  • Live
  • Webnews.de

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.